Previous Home Next
x x x
Пока мы кофеи гоняли, ожидая заявления о пропаже жены, дочери или хотя
бы соседки или квартирантки, на роскошном лимузине подкатил маленький и
нахрапистый. Через каждые три слова он кричал "А-кальба шели!" и даже до
того как прзвучало имя Фрида, я понял, что теща все-таки сделала свое дело.
Начальник вяло отбивался, потом махнул рукой и произнес то самое
универсальное "бесэдэр", которое может в Израиле означать что угодно. На
этот раз оно означало, что прозекторам предстоит сверхурочное вскрытие суки
Фриды.
От радости, что не буду зятем убийцы, я побежал к багажнику помочь
перенести благородное животное, оградившее граждан Израиля от тещиного
теракта. Благородное животное оказалось тяжеленным мраморным догом, и пока я
ее тащил к полицейскому пикапу, радость мне отравляли сомнения, должен ли я
брать у миллионера чаевые. Но этот гад их мне даже не предложил. Не
досталось мне и морального поощрения - на крылечко вышел шеф и не позволил
бедному миллионеру использовать наш служебный транспорт в его личных целях.
Я приравнял себя к служебному транспорту и самоустранился. Социальная
справедливость торжествовала мучительно долго. Наконец, коротышка допер свою
суку до лимузина, восстановился в объятиях кожаного сидения и отбыл в
притюремный морг.
Собаку, естественно, "повесили" на меня, и я сел разрабатывать план
оперативно-розыскных мероприятий сроком на 65 рабочих дней. А потом пришли
результаты анализов. Женщина и Фрида скончались от одного и то же яда.
Previous Home Next