Previous Home Next
2.
Вячеслав Абрамович встретил их у точно такой же Мулен Руж, от которой
они несколько минут назад поднялись по узким улицам к безлюдным зарослям у
фуникулера для незаметной конверсии и к которой еще через несколько минут
тем же путем спустились с Монмартра.
Художник вез их по СВОЕМУ Парижу, еще более прекрасному, но как-то
совсем не такому родному, как только что оставленный. И здесь были Нотр Дам
и Эйфелева башня, Елисейские поля с арками у входа и выхода, но исчез
какой-то шарм. И на Киру, таявшую от всеобщего внимания молодых парижан до
сублимации, здесь решительно никто не обращал внимания. И Лейканд Жанне
ужасно не понравился. "Совершеннейший жид", - шепнула она мужу, когда
художник принимал их с присущей ему оскорбительной небрежностьюв своем
небольшом старинном замке. На Киру он вообще едва взглянул, Жанне поцеловал
руку почти брезгливо, обед велел подать в комнаты, которые выделил
Фридманам, пока сам весело и шумно обедал со СВОИМИ ГОСТЯМИ в просторной
гостиной. Разговаривал он с израильтянами как-то вполоборота, старясь не
смотреть на них и не приближаться к их, по его мнению, смрадному дыханию.
"А что если и Мухины так нас встретят? - шепнула Арону на ухо
пораженная Жанна. - У него теперь больше оснований нас не любить..."
Впрочем, откровенное хамство не помешало Лейканду искренне удивиться,
что гости наотрез отказались задержаться в его Париже и попросили как можно
быстрее выполнить необходимые формальности, как он обещал, для их
легализации в новом мире. Лейканд холодно кивнул, тотчас вызвал барона
Шустера. Так же брезгливо морщась, тот вручил Фридманам их фальшивые
российские паспорта ("Лучше настоящих" - успокоил он Жанну) и тут же повез
Лейканда и израильтян на один из бесчисленных парижских аэровокзалов. Здесь
они, проведя карточкой у входа, просто сели в кресла в просторном "вагоне",
как назвала его Жанна.
Но это все-таки был самолет, потому что он стремительно вертикально
поднялся, как давешняя авиетка, чуть ли не в космос, ускорился, замедлился,
пробыв в полете минут двадцать, чтобы так жестремительно и плавно опуститься
во дворе Адмиралтейства.
Previous Home Next