8

   - А было  это  время  перед  вечером,  в  сумерки,  зимою,  когда  огни
зажигают.
   Граф призвал Аркадия и говорит:
   "Ступай к моему брату в его дом и остриги у него его пуделя".
   Аркадий спрашивает:
   "Только ли будет всего приказания?"
   "Ничего больше, -  говорит  граф,  -  но  поскорей  возвращайся  актрис
убирать. Люба нынче в трех положениях должна быть убрана, а  после  театра
представь мне ее святой Цецилией".
   Аркадий Ильич пошатнулся.
   Граф говорит:
   "Что это с тобой?"
   А Аркадий отвечает:
   "Виноват, на ковре оступился".
   Граф намекнул:
   "Смотри, к добру ли это?"
   А у Аркадия на душе такое сделалось, что ему все равно, быть добру  или
худу.
   Услыхал, что меня велено Цецилией убирать, и, словно ничего не  видя  и
не слыша, взял свой прибор в кожаной шкатулке и пошел.