1
Выписавшись из госпиталя, Родион некоторое время служил в запас- ном полку. Оттуда его хотели направить на Карельский фронт, но он уп- росил командование, и оно разрешило ему вернуться в свою двенадцатую бригаду. За зиму батальон поредел. Погиб командир роты, многие бойцы оста- лись навечно лежать среди скал или попали в госпитали. Часть, где служил Григорий Хват, отвели для отдыха и пополнения в тыл, - если можно назвать тылом небольшой приморский поселок в Тю- ва-губе, ежедневно навещаемый немецкими самолетами. Родион без труда отыскал свою роту, и Григорий, служивший по-прежнему отделенным, нес- казанно обрадовался прибытию друга. В конце марта сорок второго года морские пехотинцы двенадцатой бригады получили приказ высадиться на южный берег Мотовского залива между губами Большая Западная Лица и Титовка, зайти в тыл обороняющим- ся немцам и облегчить наступление с фронта четырнадцатой армии. Операция намечалась на 21 апреля, но из-за бездорожья и распутицы развертывание армии замедлилось, и бои начались неделей позже. Войска обмундировали по-летнему. 27 апреля бойцы получили патро- ны, гранаты, сухой паек на пять суток. Во второй половине дня к прича- лам подошли тральщики, морские охотники, рыбачьи боты, и с наступлени- ем сумерек подразделения двинулись на посадку. Темными фигурами на катер спешили люди с вещевыми мешками и воо- ружением. Рыбацкий бот, стоявший у пирса, затарахтел двигателем. Раз- далась команда: - Приготовиться к посадке! Первый взвод и отделение разведки - на мотобот "Вьюн"! - "Вьюн"? Неужели наш бот? - спросил Родион. - Все может быть, - отозвался Григорий. Да, это был бот Дорофея. Подойдя ближе, Родион узнал его по очер- таниям рубки, по невысокой якорной лебедке в носу, хотя обе мачты были сняты. На полубаке можно было различить крупнокалиберный пулемет и сразу за рулевой рубкой - небольшую пушку. Родион прошел по трапу на деревянную палубу, мокрую от тумана и сырости. Погрузка закончилась, трап убрали. Дизель прибавил оборотов. Бот окутался белым облачком дыма от выхлопа и отошел от пирса. На палубе - ни огонька. Боковые стекла в дверях рубки зашторены. За низким бортом катилась еще по-зимнему тяжелая, холодная вода. Дви- гатель работал на полных оборотах. Десантники забили всю палубу, все проходы. Сидели, стояли, пря- чась от ветра за рубкой. Родион сказал Хвату: - Погляжу на рулевого. А вдруг Дорофей? Он пробрался в нос и глянул в переднее окно. По рубке зыбился слабый свет от лампочки над столиком, где обычно лежали морские карты. Лицо рулевого в тени от абажура. Лампочка высвечивала только руки, они держали штурвал подхватом снизу. По рукам узнать человека трудно... Рулевой чуть сутулился, наклонясь вперед. На голове - мичманка, на плечах - бушлат. "Нет, пожалуй, не он", - подумал было Родион, но вот рулевой, убрав от штурвала правую руку, тыльной стороной ладони потер подбородок. Этот жест Родиону был знаком. В рубке еще кто-то был - заметна была позади рулевого колеблющая- ся тень. Родион приоткрыл дверь: - Дорофей?! Рулевой обернулся, и Родион увидел, что не ошибся. - Кто там? - спросил Киндяков, не двигаясь с места. - Я, Родион. Дорофей передал штурвал тому, кто у него стоял за спиной, вышел из рубки и сразу попал в объятия Родиона. - Вот так встреча! - взволнованно сказал тесть.- Ты что, с десан- том? - С десантом. - В морской пехоте? Кем служишь? - Пулеметчиком. - Был ранен? - Был. А ты давно тут плаваешь? - С осени. Бот переоборудовали в Архангельске и послали сюда. - Кто бы мог подумать, что наше рыбацкое суденышко в войну приго- дится! - удивился Родион. - Нас целый дивизион. Возим все - от почты, тушенки и сухарей до снарядов и мин. Побережные извозчики. - Я здесь не один. С Хватом. - Где же он? - На корме. Дорофей опять провел тыльной стороной ладони по подбородку, что бывало у него в затруднительных случаях, и неуверенно сказал: - Очень надо поговорить с вами. Пойду скажу Котцову, чтобы посто- ял у руля. Он скрылся в рубке и вскоре вернулся. Родион повел его к Григо- рию. Поговорили накоротке. Дорофей объяснил, что бот занимается и тра- лением мин, для этого имеются тралы. В команде, кроме него, Патокина и Котцова, у пулемета и пушки есть воинская прислуга. - Пора мне, братцы, к рулю. Не осудите - служба! - стал прощаться Дорофей. - Берегите друг друга, выручайте в трудную минуту. Удачи вам! После полуночи заметно посветлело. Низкие облака плыли над морем. Оттепель сменилась стужей, ветер пробирал до костей. Пехота с сожале- нием вспоминала о байковом белье и телогрейках, сданных перед операци- ей в каптерки старшин... Шли на дело нелегкое и опасное. Кому какой выпадет жребий? Курили махорку и все глядели, глядели на море с плавающими льдами, на берег, что чуть просматривался вдали темной полосой. Волны били в борт, под- совывали к нему льдины. Сонная чайка прилетела от побережья, покружи- лась над палубой. Григорий посмотрел на часы: десять минут второго. Родиону стоять надоело, ноги устали. Он опустился на палубу рядом со своим вторым но- мером Джимбаевым. - Устал стоять? В ногах правды нет, - сказал Джимбаев и протянул Родиону кисет. - Кури. Не хочешь? Тогда я закурю. Скоро некогда будет раскуривать... У Джимбаева скуластое степное лицо с резкими складками возле рта, глаза узкие, черные. - В морской пехоте служу, а воды не люблю. Некуда деться, негде укрыться, если фриц налетит. Плавать не умею. На палубе окоп не выро- ешь... Опоры нет. Земля надежней. Окоп вырыл - спрятался, осколок и пуля не берут. - Он посмотрел на Родиона. - Во мне не сомневайся. Дис- ки заряжаю быстро, только стреляй метко. Родион тоже посмотрел в узкие хитроватые глаза Джимбаева, улыб- нулся. - В бою еще с тобой не был. Но вижу - парень ты надежный, толко- вый. - Толковый! Как не толковый? - сам себя похвалил Джимбаев. - Бес- толковый был бы - не воевал. В тылу сидел, за бабьей юбкой прятался... Все толковые на фронте! Бот повернул к берегу. Командир взвода, лейтенант, подал команду: - Проверить оружие и снаряжение! Приготовиться к высадке! Все повставали с мест. Родион взял пулемет на ремень. У Джимбаева через плечо - брезентовый чехол с дисками. Как примет берег? Огнем или тишиной? Матросы встали наготове у швартовых и трапа. Бот, подхваченный прибойной волной, подвалил к самому берегу - осадка невелика. Матросы спрыгнули с палубы, приняли швартовы, закре- пили их за камни. Перебросили сходни. Первыми оставили бот разведчики. Они бесшумно втянулись в ущелье. Высадив пехоту в считанные минуты, бот отошел.