Previous Home Next


5



Прошел последний год пребывания Юль в интернате. По гаянским традициям, на этом по существу заканчивалась ее юность и право жить целиком на иждивении своих сопланетников.

Отныне она -- как и все -- будет также обеспечена всем необходимым для жизни, но никто не будет ее учить, как учили ее в школе, давать ей знания, не особенно считаясь с тем, хочет она их иметь или нет: общество обязано было дать ей необходимый интеллектуальный минимум.

Отныне она выберет свою дорогу в жизни и сама будет учиться, приобретать все, что сочтет нужным для своей профессии, завоевывать ее -- пусть в специальных учебных заведениях, консультироваться у педагогов и ученых, но все-таки самостоятельно.

Пройдет и этот период формирования ее личности-- и тогда Юль приступит наконец к исполнению своего долга: заботиться о благе планеты.

Тем временем Ло, окончивший интернат на два года раньше Юль, учился в консерватории и жил в уединенном флигеле вдвоем с машиной "Нао", оставленной Народным Советом у него.

Он часто навещал Юль, и она бывала у него, не подозревая, что "Нао" тщательно исследовала ее характер и отношение к Ло.

"Нао" оценивала девушку так строго, что Ло склонен был заподозрить ее в придирчивости. А дело заключалось совсем не в этом: если Юль огорчала Ло-- машина сурово ее осуждала, если же радовала -- то хвалила с тем же усердием...

Ло наедине с "Нао", часто разъяснял ей, что такое любовь с точки зрения человеческой, а уходя, оставлял ей десятки художественных произведений о любви. "Нао" с завидной быстротой знакомилась с ними, сортировала различные признаки любви по своему, конечно, принципу, но на вопрос Ло отвечала одно и то же:

-- В уравнении ваших отношений нет равенства! -- И уже не отговаривалась: "мало информации", а добавляла: -- Недостает необходимых величин в правой части... -- (Левая часть уравнения в этом многолетнем кибернетическом "пасьянсе" принадлежала Ло.)

Зная, что Юль возвратилась после интерната в квартиру своих родителей, Ло первым из друзей навестил ее.

-- Что ты скажешь теперь? -- весело спросил он.

-- Буду астрофизиком, Ло.

-- Тем лучше для меня: мы снова будем учиться вместе!

-- Почему? -- удивилась Юль. -- Твоя дорога уже не звучит так музыкально, как прежде?

-- Нет, нет, Юль: я ост'ался верен музыке... как и тебе.

-- Приятно слышать, Ло.

-- Видишь ли, я должен еще знать биохимию, физиологию и физику микромира.

Дня два спустя они съездили в Центр Физических Знаний, запаслись программами, посоветовались с методистами и получили направление в Дом Физики. Как и в других высших учебных заведениях Гаяны, здесь не было ни конкурса, ни определенного начала или конца учебного года: весь курс можно было пройти и за пять лет и за восемь. Не было и переходных экзаменов, по той причине, что процесс учения беспрерывен и учащийся сам выбирал себе "время летных отпусков".

Успеваемость определялась машинами, но по окончании всей программы, включая практику. Ученый Совет, ознакомившись с кибернетической "записью" всего обучения молодого человека, выносил решение о допуске его (или ее) к самостоятельной работе, о чем сообщалось в Учетный Центр планеты.

Зато любой гаянец, когда ему вздумается, мог запросить кибернетику заинтересованного учебного заведения и немедленно получить абсолютно объективную оценку и характеристику любого учащегося...

Таким путем ученые и научные или промышленные учреждения заранее отбирали для себя специалистов.


Previous Home Next