Previous Home Next


5



-- На этот раз, Юль, мы влипли,--так говорят шутники у нас на Земле, -- мрачно резюмировал Евгений Николаевич. -- Безрассудно тратить время, хотя у нас его хватит на десятки поколений.

-- Я не поняла, Звездолюб.

-- У нас же нет реальной возможности вырваться из плена?

-- Так, Звездолюб.

-- Стоит ли тогда попусту предаваться отчаянию?

-- Разве я...

-- Нет, моя Юль, я не думаю, что во Вселенной есть женщина, сумевшая бы на твоем месте проявить большее мужество.

-- Так что же?

-- Вот и я считаю: нет смысла ломать голову там, где ее можно сохранить целой.

-- Да, Звездолюб.

-- Мы вызвали с тобой на поединок Его Величество

Время, Юль, хотели одержать верх. Не удалось, Я не жалею...

-- Я тоже!--гордо вскинула голову Юль --Мы с тобой открыли еще одну важную проблему. Правда, к этому мы не подготовлены, потому что не знали, не все могли ожидать... Сюда прилетят гаянцы и земляне, подготовленные лучше, на более совершенных звездолетах. Наш труд не пропадет, если мы и погибнем.

-- Ты права. Но можно и... не погибнуть, Юль.

-- Я слушаю, Звездолюб.

-- Нам не удалось победить Время... Так сделаем его своим союзником, может быть, спасителем... Юль прижалась к нему, задумалась.

-- Мы отправим почтовую ракету на Гаяну с итогами наших наблюдений, дневником, Юль. Ее масса меньше, и она рассчитана на перегрузки, недоступные нам. А потом ляжем в биотроны и включим аппаратуру анабиоза без задания на пробуждение. -- И, видя, что Юль оценила назревавшее в нем решение, он заговорил мягко, ласково, будто уговаривая: -- В анабиозе наша жизнь замедлится в тысячу раз... Значит, мы сможем подождать полмиллиона лет...

-- Это я смогу ожидать столько, -- прервала Юль, и лицо ее побледнело. -- Я и раньше мучилась тем, что земляне живут так мало, Я не хочу терять тебя, находясь сама в расцвете сил! Я надеялась, что наша наука позволит продлить жизнь и тебе, мой Звездолюб. А в анабиозе у меня не будет надежды на "равноправие". Ты состаришься через пятьдесят-шестьдесят тысяч лет.

-- И этого срока достаточно, -- убеждал Евгений Николаевич,--для того чтобы наука созрела для нашего спасения.

-- Я могу согласиться, Звездолюб, -- твердо сказала Юль, -- при условии, что кибернетика разбудит нас, когда тебе, твоей жизни станет угрожать старость: тогда подумаем и поговорим о следующем решении.

-- Пусть будет по-твоему, Юль, -- произнес Евгений Николаевич. -- Можешь считать мои слова решением командира.

Они тщательно подготовили почтовую ракету к вылету, рассчитали ее траекторию, определили точку старта и запрограммировали навигационную кибернетику посланца.

Окончив работу, они выпустили его в пространство и, когда убедились, что ракета прошла сквозь пограничный слой обоих течений и легла на курс, разнося по Галактике: "Ри узй--рон",-- погрузились в анабиоз.

А "Ри" продолжал свой безостановочный бег по круговой орбите...

Я не знаю последних слов, произнесенных Юль и Евгением Николаевичем на прощание: то ли они шутили и смеялись до конца--по гаянскому обычаю, то ли по-земному оплакивали свою неудачу. Не знаю, что было произнесено у биотронов "Ри" в ту минуту. Но верю: они закончили экспедицию как жили--не теряя разума, человеческого достоинства.

Вот о чем подумал я, когда во Дворце Человека, перед членами Народного Совета демонстрировались кадры из дневника замечательных звездоходов, и я всматривался в дорогие мне лица незабвенных Юль и Евгения Николаевича Глебовых...

Изучение присланных ими материалов многое прибавило к тому, что имелось в энциклопедии о Материи

Величайших Пространств, но проблема оставалась "запломбированной". Выручить Глебовых по крайней мере в ближайшие годы представлялось сомнительным: вначале предстояло разгадать само "пекло", а потом-- идти в него.

Совет принял три решения, в равной степени взволновавших меня, Хоутона, Шелеста и наших гостеприимных хозяев...

1. Построить звездолет для возвращения землян на родину, тем самым отметить отличное выполнение ими полетного задания.

2. Увековечить память супругов Глебовых, их выдающуюся деятельность в истории планеты.

3. Считать проблему Материи Величайших Пространств главнейшей; создать специальный институт, передать в распоряжение Совета института группу космонавтов и спроектировать три звездолета повышенной прочности и мощности, превосходящих "Ри". Конечная практическая цель -- спасение Глебовых.

О том, что делалось во исполнение первого распоряжения, я расскажу в следующей главе. Исполнение третьего пункта уходит в отдаленное будущее. Второй...

... С центрального космодрома Уэл поднялась в космос ракета-носитель, выводя на орбиту необычный мемориальный спутник. Имея наклон к оси планеты, он двигался так, чтобы его видели жители обоих материков Гаяны.

Покинув носитель, спутник вспыхнул ярким темно-вишневым пульсирующим светом.

Колесо истории, как говорили у нас еще в античные времена, катилось вперед, но нам слышался в его движении сухой скрип и раздражающий скрежет.

Потеряв Звездолюба и Юль, мы особенно почувствовали, как они дороги нам. Думая же о них--вспоминали Ло. Странно сложились наши судьбы: Ло ушел в Прошлое, Юль и Глебов -- в Будущее, мы оказались между ними, в Настоящем...


Previous Home Next