Previous Home Next
2. ВОТ ЕГО ЛОГИКА
Это был странный парень. На лице его вечно блуждала неопределенная
улыбка. Никто толком не мог понять, что, собственно, ему нужно в
археологию и вообще, что, собственно, ему нужно от жизни.
Однажды ночью он вышел к костру экспедиции и сказал:
- Салют алейкум.
И никто не догадался тогда, что это не дешевая острота, а формула его
личности - причудливая смесь старых и новых приветствий, с которыми он
обращался к окружающему миру.
В каждом человеке живут как бы два человека. Мы все это знаем. Но они
в общем-то мирно уживаются друг с другом и к внешнему миру обычно
повернуты одной стороной. По ней и судят о человеке. Другая притаилась и
ждет удобного случая, чтобы проявиться в исключительных обстоятельствах.
Тогда говорят - герой или, наоборот, - подлец. А о чем это говорит? Ровно
ни о чем. Просто вторая сторона личности более приспособлена или,
наоборот, не приспособлена к этим исключительным обстоятельствам. И если
бы эти обстоятельства были не исключительными, а повседневными, мы бы
знали этого человека с другой стороны, а не с той, с какой сталкиваемся в
условиях, которые принято считать нормальными. А так ли уж нормальны эти
условия?
Вот я хожу на работу, которая мне приелась, и я знаю, какой я на
работе. А если дать мне работу по душе - как бы я себя повел? Неизвестно.
Это только считается так - дай человеку дело по душе, и все будет хорошо.
На самом деле тут-то и начинается самое сложное. Один с радостью ей
отдается весь, и ничего ему на свете не надо, кроме милого дела, другой
увидит в ней только средство, которое поможет ему возвыситься над людьми,
а третий вообще испугается свободы и душевного простора и не решится
вылезть из скучной, но обжитой скорлупы и всю жизнь будет тайно ненавидеть
осмелившихся, и будет радоваться неудачам смельчаков, и будет бескорыстно
и бесстрашно ставить им подножки и палки в колеса.
Но может быть, самый сложный случай - это когда человек долго ждал
момента встречи со счастливым делом и, наконец, вырвался на простор и
простор ослепил его. Выпусти соловья из клетки - он взлетит и упадет
мертвый, сделав глоток неба. А если бы сначала полетал по комнате, все бы
обошлось. Может быть.
В общем из всех наших, пожалуй, я один догадывался, что с ним
происходит. Я понял, что это как раз четвертый, последний случай. И потому
в нем не уживались эти два человека и все время были в борьбе. Это
выражалось во всем. Вот он рассказывает дикие, смешные байки. Хохот
вокруг, у глаз его веселые морщинки, а длинная морда печальна. А однажды
утречком, когда только слышен стук движка вдали, а за глиняным дувалом
мерно вздыхают волы и весь мир улыбается, и смотрю, он идет мне навстречу
и тоже улыбается. А подошел поближе - в сощуренных глазах плещутся слезы.
Он интересовался проблемой дьявола. Удивляетесь? Да нет, конечно, не
того мистического, религиозного и так далее дьявола, а вполне реального.
То есть он был убежден, что на самом деле там что-то такое было. Что-то
такое, что послужило толчком ко всем басням, сказкам, описаниям,
бесчисленным изображениям. Конечно, как человек современный, он понимал,
что дьявол - это олицетворение сил зла. Всяких сил - и природных и
общественных, - в которых не под силу разобраться и которые легче всего
отнести к придуманному дьяволу. Ну, это все так, конечно, но почему тогда
дьявола изображают страшилищем, а бога человекоподобным? Видимо, потому,
что бог - это идеальный человек, то есть человек, приносящий окружающему
миру только благо, а дьявол - это нечто вредное и потому его надо
изображать и представлять себе в виде чудовищно безобразного существа. Но
если это так, если за понятием "бог" стоит представление об идеальном
человеке, то есть существе реальном, то ведь следует допустить
существование чего-то чудовищно реального, что пакостило и вредило и чему
были приписаны все человеческие несчастья. Вот его логика.
Previous Home Next