Previous Home Next


x x x



Илона проснулась от дребезжащей трели дверного звонка. Она сонно оторвала голову от подушки, пытаясь вслушаться в напряженную перепалку в прихожей.

- Поверьте, сэр Люстрицкий, мне очень жаль, но она настоятельно просила ее не будить.

- Нэд, душечка, мы будем вести себя тихо и совсем ей не помешаем. Я принес такие журналы... Вы что-нибудь слышали о клубе поклонников нестандартного секса в пригороде Оксфорда? Нет? Вот и пойдемте, я вам картинки покажу.

- Но... леди Илона не обидится, если мы будем рассматривать нечто интересное в ее отсутствие?

- Господи, конечно нет! Илоночка - чудная девушка, но в интимных вопросах болезненно традиционна. Она упорно считает, что мужчины не должны носить кружевного белья!

- М... мне кажется... сэр, мы вторгаемся в слишком личные области... Обсуждение вопросов нижнего... в смысле, некоторых деталей туалета дамы.

- При чем здесь дама?! О Нэд, вы такой дремучий... В вас есть какая-то средневековая простота, наивность, какое-то животное целомудрие. Вас так хочется просветить... Может быть, для начала нам перейти на "ты"?

"Ну все...- мысленно решила Илона, укладываясь поудобнее,- сейчас я встану и он ляжет. Просветитель нашелся!"

В прихожей раздался тихий вздох, а вслед за этим грохот упавшего тела. Вот уж когда несостоявшуюся фотомодель почти подбросило на кровати, и она с тихим рыком, в одной ночной рубашке, ринулась устраивать разборки:

- Что вы тут делаете, кобели озабоченные?!

Посреди прихожей стоял красный как рак Нэд Гамильтон, брезгливо отряхивающий руки. В углу, у зеркала, валялась вешалка с одеждой, из-под нее торчали тонкие, тщательно выбритые ноги в изящных босоножках. Ярко накрашенные ногти отсвечивали оранжево-красным. Рядышком валялся толстый иностранный журнал - на глянцевой обложке страстно целовались двое обнаженных мужчин.

- Леди Илона, я... искренне сожалею, что невольно разбудил вас.

- Да уж, я тоже в большой печали! - огрызнулась хозяйка.- Ты какого лешего мне здесь робота-трансформера изображаешь?! Кто тебе позволил вешалки ронять?

- Это не я, это все он разбросал! - твердо заявил Нэд.

- Ага, оставил тебе журнальчик с комиксами, сам прилег в уголок в шортиках позагорать, а чтоб головку не напекло, прикрылся полным гардеробом. О, еще и мамин зонтик сверху! Ты что, его там похоронить решил?!

- Я его не убивал!

- И на том спасибо, осчастливил по гроб жизни! Валерка - мой друг! Мой, а не твой! Если понадобится, я сама его стукну или Пупса попрошу, но посторонним лезть не позволю!

- Но... леди Илона, поверьте - как гость, я никогда бы не нарушил законов приличия в приютившем меня доме! - взмолился Нэд.- Я бы не посмел поднять руку на благородного сэра Люстрицкого.

- Ясно, ты на него ногу поднял?!

- Он сам упал! Сунул мне эту... гадость, я ее от омерзения выронил, возможно, взмахнув при этом руками... Вот и все!

- Здорово же ты "взмахнул руками", если бедного Валеру взрывной волной снесло в угол!

- Спасибо, дорогуша, ты всегда так заботлива,- печально донеслось из-под груды одежды.- Милый Нэд ни в чем не виноват.

- А ты вообще молчи, змей-искуситель! - Илона в сердцах пнула вешалку.- Я с тобой отдельно поговорю, ты у меня полный срок за растление несовершеннолетних схлопочешь!

- Он... сэр Люстрицкий - растлитель?! - не поверил своим ушам рыжий рыцарь.

- А кто он после этого? - Грозная хозяйка кивнула на журнал и осеклась...

У Нэда Гамильтона окаменело лицо! Мгновением позже он бросился к дивану и вернулся уже с обнаженным мечом.

- Только ради вас, леди Илона. Смерть искупит его грехи, а мы будем молить Господа о прощении его души. Прощайте, сэр Валера.

- Ты что, псих контуженный?! - Илона обеими руками вцепилась в крестовину меча, внезапно поняв, что Нэд не шутит.

- Растлитель должен быть повешен, это общеизвестно. Ничто на свете не искупает этот грех. Поверьте, мы спасаем честь вашего другу, позволяя ему умереть достойно, без свидетелей, от рыцарского меча, - терпеливо пояснял бывший крестоносец, пытаясь поделикатнее освободить свое оружие. - Кроме нас о его позоре никто не узнает. Я буду нем как рыба... Позвольте... Вы мешаете, мне так неудобно!

- И мне неудобно,- вклинился ревнивый голос снизу.- Я в плаще запутался, и тумбочка бок давит, а вы все обнимаетесь!

- Нэд! Не смей...- пыхтела Илона, успешно отпихивая рыжего рыцаря.- Совсем сбрендил, да?

- Но... он же... вы сами сказали...

- Я сказала?! Ах да... извини... подзабыла с утра, кто у нас постоянно на голову ушибленный! Значит, так - убивать никого не надо. Его позор я как-нибудь переживу. Мы все немного не поняли друг друга... И потом, ты ведь, как благородный рыцарь, обязан внимать мольбам дамы?

- Разумеется,- отступил Нэд.

- Вот и внемли. Молю.- Четко выделяя каждое слово, командирским тоном приказала Илона.- Вешалку на место. Валерку - на кухню. Журнал - в мусорное ведро, а сам на диван в ожидании моих следующих капризов.

- Как скажете, моя госпожа.

- Да уж вот так я тебе и сказала...- театрально поклонилась примирительница,- и пока я не разрешу - друг другу даже язык не показывать!

Прихожую Нэд привел в порядок в две минуты, утреннего гостя доставил на кухню еще быстрее. Валерка, правда, пытался изобразить тяжелораненого и лечь Нэду в объятия, но рыжий рыцарь брезгливо поднял его под мышки и на вытянутых руках вынес из прихожей. Когда умывшаяся и успокоившаяся Илона вышла из ванной, она застала Нэда Гамильтона сидящим на краешке дивана в гробовом молчании. Серые глаза рыцаря были полны невысказанной обиды.

- Хватит дуться, благородный сэр. Мы все погорячились, особо виноватых нет. Я тебя честно предупреждала, что Валерке ты понравился. Да, да, не делай такое изумленное лицо... Иногда природа ошибается, из него получилась бы хорошенькая девушка, если бы не пара лишних деталей...

- Это... противоестественно,- глухо буркнул сэр Гамильтон-младший.- Господь Бог сотворил мужчине женщину для радости, любви и продолжения рода. Ему не пришло в голову создать для этого второго мужчину.

- Увы... - тихо и ласково согласилась Илона.- Наш друг Люстрицкий заслуживает жалости и понимания. Над ним довлеет злой рок, несчастная судьба, постоянные происки темных сил... Но ты ведь добрый и честный, ты поможешь мне и не будешь больше его обижать, правда?

- Любое желание дамы рыцарь выполняет безоговорочно. Я готов заботиться о вашем бедном друге и защищать его от насмешек толпы. Но скажите правду - он все-таки растлитель?

- Господи, конечно же нет! Я вспылила, наговорила лишнего... Нельзя все воспринимать так буквально. Мир не делится на черное и белое, в нем масса оттенков, а иногда даже проявляются яркие цвета радужного спектра. Значит, мир?

- Мир, леди Илона.

- Вот и отлично, пойдем пить чай. Мы ведь собирались навестить местных колдунов. Сегодня суббота, но в принципе должны работать. Скорее всего, у них кооператив, а там пашут без выходных. Ну пошли, а то Валерка и так тебя ко мне ревнует.

Это невероятный мир! Если бы не мои новые друзья, мне не удалось бы прожить в нем и дня... Они милые, хотя и очень своеобразные люди. Леди Илона - умна, отважна, образованна и одновременно шумна, взбалмошна, не умеет контролировать свои эмоции. Сэр Люстрицкий - добр, заботлив, улыбчив, во всем остальном... тяжелый случай.

Из дневника Нэда Гамильтона


Previous Home Next